Тогда и солнце ярче светило и гнумы сильнее были !!!

После кратковременной, но достаточно болезненной встряски я вывалился на холм, с которого меня отправлял Наставник. Приподняв голову, я увидел его ноги в кожаных ботинках, стоящие в трех метрах от меня. Подойдя, он помог мне подняться и спросил:
- Ну как?
Я молча отстегнул от пояса мешочек с ушами и передал ему, не отводя взгляда от его лица. Он так же молча взял.
- Ты вспомнил, - просто сказал он.
- Я уничтожил тело!
- Нет. Мое удалось спасти.
- Не может быть!
- Может. Топи Дастваллоу, форт Треамор. Помнишь?
Я помнил. И поверил.
- Как тебя здесь называют?
- Ворон.
- Значит, Ворон... ну пускай будет Ворон. Здравствуй, брат.
Мы порывисто обнялись.
- Как такое возможно? - спросил я. - Нежить не может чувствовать, у нее не остается памяти, они не могут жить и поэтому должны умереть.
- Угу. Я не знал, что ты наизусть помнишь кодекс Школы паладинов. Учился там что ли?
- Я же серьезно!
- Ладно, - усмехнулся мой побратим, - серьезно так серьезно. Все это выдумки наших противников, чума на их головы. Те, у кого достаточно высокая организация умственной деятельности и огромная сила воли, вспоминают свое прошлое и вообще становятся практически полным подобием себя прежних. Они... хотя, теперь уже мы, привыкай к этому. Так вот, мы можем чувствовать, мыслить, говорить... сохраняется даже репродуктивная функция... да-да, не удивляйся, если увидишь в поселениях детишек. Правда, мало их...
- Чем же мы тогда отличаемся от других? - ехидно поинтересовался я.
- Тем, что мы однажды уже умерли. Тем, что мы видели Госпожу, тем, что поняли и приняли несовершенство этого мира.
- Госпожу?
- Ты все поймешь позже. Но запомни. Большинство неупокоенных - это как раз те, о которых нам говорили. Безмозглые, кровожадные и беспощадные. Они служат Королю Личу… но историю ты знаешь не хуже меня. А мы являемся, по сути, кастой отверженных. Помнишь тех неупокоенных, которых уничтожал, тренируясь и заполняя Камни Душ? Вот это и есть приспешники Короли Лича. Вопросы?
- Что-то я не совсем понимаю…
- Служащие Королю Личу – враги нам. Они уничтожают все, что не находится под властью их Господина.
- Есть. Почему мы не можем уйти?
- Живые нас не примут. Они боятся и ненавидят всех неупокоенных без исключения. Отделиться и жить общиной - нас слишком мало. Отыщут и перебьют. Ты же знаешь, карательные рейды - дело весьма популярное у живых. Да и кроме того, даже в рядах отверженных есть определенное расслоение. Есть те, кто был с Миледи Сильваной с самого начала… мало, конечно, их осталось. Есть те, кто был рожден мертвым. А есть мы – реинкарнированные.
- Понял. А как с троллями, орками, тауренами?
- У нас союз.
- Как мы можем воевать против своих же былых собратьев и соратников?
- Они хотят уничтожить нас.
- Не очень хороший повод.
- У каждого - свой повод. Если ты его не найдешь, то тебе незачем жить, - Ворон помолчал. - Возьми. Здесь десяток золотых. Сумма немаленькая, если не собираешься приобретать ничего кардинального. Если ты все-таки поймешь, ради чего стоит сражаться и жить - именно жить! - то я буду в тронном зале. Если нет... тогда ты скорее всего выйдешь к одному из поселений людей или гномов. И там тебя убьют. Поэтому, пожалуйста, подумай получше.
- Не понимаю... Получается, что мы - фактически живые? Живые еще раз?
- Выходит, то так. А сейчас - иди на восток. Там Брилл.
Сказав это, Ворон исчез. Я вздохнул и пешком потопал в указанном направлении.

***

Добавлено (08.10.2009, 08:11)
---------------------------------------------
Я стоял посреди Брилла, поселения нежити, и увлеченно вертел головой по сторонам. Жизнь... мда, не очень точное определение, но нельзя же сказать "смерть кипела"? Так вот, жизнь вокруг меня кипела, прямо-таки била ключом. Скорее всего, я попал прямо на ярмарку. Интересно, что же здесь продают... а продавали буквально все. Еда (в которой нежить нуждалась для поддержания своего странного метаболизма, в противном случае мертвые тела просто рассыпались бы в пыль), различные напитки (за исключением спиртного, которое разъедало мертвые ткани, пусть и очень медленно (что сделало его применение в боевых условиях невозможным)), одежда (от обычного тряпья до роскошных мантий), предметы роскоши (амулеты, кольца, браслеты, серьги - простые и зачарованные), домашние питомцы (большие тараканы и змеи... мда. Встречались, правда, Импы, и даже один Ходящий-в-Пустоте, но узнав цену (за Импа - 800 золотых, за Ходящего - 1600), я счел за лучшее отойти в сторону. Хотя, по сути, продавать призванное тобой существо не стоило ни за какие деньги. В лучшем случае - к тебе после этого не явится на зов ни один обитатель Нижнего мира. В худшем же - его братья утянут такого колдуна к себе и обрекут на вечные муки. В данном случае - по-настоящему вечные, разве что настанет конец времен. Так что осуществить подобную "выгодную" продажу можно было лишь однажды, вот торговцы и набивали цену), разнообразнейшее оружие. Тут я остановился. Мечи, ножи, кинжалы, даги, копья, секиры, топоры...в глазах рябило! Рядом были разложены полные пластинчатые доспехи, легкие и двойного плетения кольчуги, все стальное, обсидиановое, из неведомых мне сплавов или вообще зачарованное... просто рай! Чуть дальше лежали посохи, магические жезлы и прочие побрякушки... надо будет еще разобраться с тем что я вынес с эльфийского дерева... и когда успел подхватить рюкзак?
- Эй, дорогой, подойди-ка сюды!
Я, слегка обескураженный подобным фамильярным обращением, обернулся. Меня звал торговец луками. Преодолевая странное чувство дежа-вю, я приблизился.
- Хочешь лук купить? Я сразу вижу, он тебе хорошо по руке ляжет!
- Покажи его, - попросил я, чувствуя, как возвращаются воспоминания, - и еще, кто его делал?
- Лук-то? Тролли, конечно. Они опосля эльфов в ентом деле самое то мастера! Вот он, родименький!
Лук... да, он был хорош. Но все-таки перед глазами у меня стоял другой лук. В рост взрослого человека, обернутый берестой, с двойным изгибом, двойной тетивой и роговыми накладками. Я вспомнил многое, но пока что не все.
- Благодарю, но мне он не нравится, - спокойно сказал я торговцу. - Дизайн подкачал.
Побродив еще немного, я перекусил двумя пирожками с картошкой, запил их обычной водой, почему-то стоившей довольно дорого, и двинулся по рядам дальше. Однако внезапно до моих ушей донеслись крики. Площадь заволновалась, забегали стражники. Я бросился в ту сторону, где кричали.
И подоспел к самому финалу действия. Три бойца Альянса: эльф-лучник на тигре со своим питомцем-пантерой (некоторые именовали их охотниками за умение приручать зверей, однако мне казалось, что это скорее относится к их умению находить и уничтожать врагов Альянса), дварф-паладин на горном козле (если вы этого не видели - то вы многое потеряли) и человек-маг на лошади бешеным аллюром уходили от погони, состоящей из пяти наших всадников. Вот эльф обернулся, выстрелил прямо из седла - и один из преследователей, орк-шаман, с диким воплем слетел со своего внезапно споткнувшегося кодо.
- Вот уроды, никогда не прощу! - завопил он, посылая вдогонку молнию. Она ударилась о Щит, поддерживаемый магом и паладином, и рассыпалась на множество искр. После этого остальные отказались от погони, а я обратил свой взгляд на то, что стало объектом нападения.
Две или три кучки пепла. Явно неупокоенные, испепеленные Святым Светом. Полуобгоревший труп тролля. Скорее всего, огненный шар, пущенный магом. Еще один - со стрелой в горле, и двое практически порваны на части. Охотник и его пантера. Но дальше... троллиха стояла на коленях перед разрубленной почти напополам дочерью и безостановочно рыдала. Неупокоенная сидела рядом, смотря на труп своего ребенка, разорванного когтями и клыками пантеры. Она не плакала - нежить не умеет плакать - она просто сидела и смотрела на небольшую кучку перемолотых костей, обрезков кожи и одежды. И это ее молчание, невозможность выразить свое горе слезами, как током тряхнули меня, первый позыв - подойти и утешить, я подавил с немалым трудом. Вот к ней подбежал муж, обнял, неловко погладил.

Добавлено (08.10.2009, 08:11)
---------------------------------------------
Все как у живых, - подумал я. - "За что же нас так ненавидят?"
"За то, что мы получили вторую жизнь, а им придется удовольствоваться одной. И поэтому они пытаются уничтожить тех, кто может дать вторую жизнь многим - но не им. Эта история, когда все вышло на свет, произошла давно... и с тех пор забылась. Если ты будешь достоин, то узнаешь ее."
Я чуть было не обернулся, что было бы, разумеется, полнейшей глупостью.
"Кто ты?"
"Угадай. Если тебе потребуется мой совет - просто позови меня, и я услышу".
Я усмехнулся. Любят эти неизвестные секреты... ну, коль им угодно секретничать, то пусть. И все же, кто это был? Неужели одна из Сил? Впрочем, неважно. Взгляд мой вновь остановился на трупах тролленка и ребенка-неупокоенного. А вот это что? Борьба с порождениями Тьмы?! Со Злом?!
"Вы за это ответите", - молча пообещал я себе. Задерживаться не стоило. У меня внезапно появились дела

Добавлено (08.10.2009, 08:14)
---------------------------------------------
***

- Что-то ты быстро, - сказал мне Ворон, как только я зашел в тронный зал Лордерона, теперь бывшее лишь проходной на пути в Андерсити, - случилось что-то?
- Я уже все для себя решил. Я с вами.
- Кхм... - побратим быстро взглянул на мое хмурое лицо, - потом расскажешь, что так ускорило твои размышления. А пока познакомься. Это те, с кем ты будешь сражаться и работать бок о бок в протяжении достаточно долгого времени. Я, как ваш Наставник, буду направлять вас... но справляться придется самим. Сначала будут теоретические занятия. Вижу по вашим кислым рожам что вы хотите сказать. Вы мол уже побывали в бою... "топорная" работа! Никуда не годится! Вы - элита, а не какие-то мясные колоды для отбивания фарша! Вы должны уметь справляться с десятком бойцов в одиночку, с сотней вчетвером! Молчать, я еще не закончил! - Ворон перевел дух. - Пока что вы - только ученики, поэтому вам придется называть друг друга по прозвищам. Имена вам нарекут после боевого крещения. Настоящего боевого крещения, а не той прогулки, которую вы хотите назвать этим словом! Прозвища я дам вам сам... прекратить улыбаться, я ничего смешного не сказал! Воин!
Бывший дварф, а ныне нежить с секирой за спиной вскочил.
- Тебя будут звать... Секира! Принцип понятен? Теперь назовитесь!
- Секира!
- Лук! - это эльф-охотник, к сожалению без питомца.
- Кинжал! - тролль-маг.
- Посох! - надо же, жрец, человек.
- Скимитар! - крикнул и я.
- Вот и замечательно. А теперь приступим к тренировкам. Большую часть навыков относительно вашей боевой специализации вы получили, поэтому упор будет делаться на командное взаимодействие. Все, поднялись и пошли! Нечего рассиживаться, труба зовет!
Мы покорно поднялись и двинулись к выходу!
- Не так! - взревел за спиной Ворон. - Бегом до самого Брилла! Марш!
"Весело", - подумал я, переходя на бег, но тут услышал следующее:
- Медленно! Думаю, вас следует подогнать. А вот теперь - бегите быстрее!
Я обернулся. За нами неслись пять небольших смерчей, попасть в которые значило умереть, защитные заклинания не спасли бы нас. Все припустили что было духу...
Добежав за рекордно короткий срок до Брилла, мы ничуть не удивились, увидев закутанную в плащ фигуру Наставника. Одним движением он руки он погасил заклинание, и мы обессилено повалились на траву. Тот, кто сказал, что неупокоенные не устают, определенно никогда не видел ни одного из них.
- Снова вихрей захотели? Встать! - заорал Ворон.
Разумеется, мы немедленно вскочили: откуда только силы взялись?
- В том замке, - кивок в сторону полуразрушенной башни, сравнить которую с замком, значило немало оскорбить последний, - толпа спятивших идиотов! Вооружение плохое, но много луков, к каждой бойнице по стрелку могут поставить! Задача - захватить главаря, уничтожив или необратимо выведя из строя как можно меньше противников! До вас две группы ходило, по пять бойцов каждая, пришлось из них одну сделать, и то неполную! Так что не подведите меня, ребятки, - смягчил он тон, но тут же посуровел. - Десять минут на подготовку, потом идете вперед!
Мы собрались в кружок. Я еще раз глянул на крепость. Тренированный глаз сам замечал легкодоступные места, расположение возможных засад, перед внутренним взором словно проявлялось внутреннее расположение комнат...
- Короче, парни, - начал я, - делаем так...

Нет! Доколь сил тебе хватит - борись!
Никогда, ни за что не сдавайся без боя!
Коли меч ты еще держишь в руке - иди и рубись!
Рубись до тех пор, пока враг не падет, побежденный!

Ты уже мертв, и смерть тебя не страшит.
Черная кровь в твоих жилах течет.
Течет и кипит, первобытную ярость вздымая в груди.
Ту ярость, что жить и сражаться нам силу дает!

Добавлено (08.10.2009, 08:14)
---------------------------------------------
Глава II. Forsaken.

Я когда-нибудь стану героем, как ты.
Пусть не сразу, но все-таки я научусь.
Ты велел не бояться ночной темноты.
Это глупо - бояться. И я не боюсь.

Если встретится недруг в далеком пути
Или яростный зверь на тропинке лесной -
Попрошу их с дороги моей отойти!
Я не ведаю страха, пока ты со мной.

Я от грозного ветра не спрячу лицо
И в суде не смолчу, где безвинных винят.
Это очень легко - быть лихим храбрецом,
Если ты за спиною стоишь у меня...

Мария Семенова, «Волкодав»

- Я, Ворон, глава Стражей Тьмы и командир отряда Ночной Конницы, властью своею, дарованной мне Темной Леди и Госпожой, нарекаю тебе имя! Отныне ты будешь зваться, - секунда молчания, - Крылатый Сумрак! Да примут Отверженные тебя в твою семью! Встань, Крылатый Сумрак!
Я встал и с поклоном отступил от возвышения, на котором стоял Ворон. Рядом со мной, плечо к плечу, стояли трое моих соратников. Ниов, как всегда невозмутимый, с устрашающего вида секирой за спиной, Рекул нервно поглаживает тетиву лука, когда-то бывшего моим. Сейчас мне уже не нужны луки, и я подарил его Охотнику. Ему он будет нужнее. Венг по безмятежности мог сравниться с камнем, окружавшем нас – наверное, это у троллей в крови, костях, мышцах и коже. Так же, как и их привычка сидеть на корточках. Нас было четверо. Посох не дожил до этого дня, был разорван оборотнями в Тусклом Лесу, когда мы, обессиленные, уходили от погони из деревни Даркшир.
- Вот вам и нарекли имена, - Ворон закончил официальную церемонию и спустился с возвышения. – Однако вас четверо, а должно быть пятеро. Своего жреца вы потеряли… но к вашей партии решено было прикрепить нереинкарнированного. Прошу любить и жаловать – Дарклов.
Стоявший рядом с ним неупокоенный поклонился и сказал, слегка заикаясь:
- Мне сообщили, что вы лучшие. Я возглавлю вашу группу.
- С чего бы это? – Ворон нахмурился.
- Таков наш уговор с Миледи Сильваной.
- Я побеседую с Миледи на этот счет. А до тех пор – подчиняйся приказам Крылатого.
Дарклов поморщился, затем уперся взглядом в мое лицо, словно пытался просверлить дырку. Я не отвел глаз и спокойно скомандовал:
- Отряд, в колонну по два!
Тут уж ему пришлось подчиниться.
- К Бриллу бегоооооом… марш!
Я обернулся к тронувшему меня за плечо Ворону.
- Будь аккуратнее… с этим, - Ворон казался постаревшим. Неупокоенные не стареют, как и эльфы, но что-то все же появляется в их глазах, хоть бездонно-загадочных, хоть пылающих адским огнем.
- Будь аккуратнее, брат. И пожалуйста, пообещай мне… - он замолк.
- Что, брат?
- Ты уже давал клятву о служении Отверженным…Там говорилось о многом, в том числе и о повиновении старшему. Я снимаю с тебя эту клятву. Но, пожалуйста, поклянись, что никогда не отступишься от Пути. Поклянись, что никогда не предашь Госпожу. Я сказал бы – Темную Леди, но после этого жреца… уже не знаю. Крылатый, пойми, даже сильнейшие и умнейшие из нас могут ошибаться. Изредка, но могут. Поэтому, когда тебе покажется, что выполнять или способствовать чему-либо, пусть и приказанному старшими, абсурд – прислушайся к себе. Госпожа поможет тебе, я знаю. Она верит в тебя.
Я мог бы сказать многое… Мог бы вспомнить старые годы, мог бы вспомнить то, как мы, стоя по колено в густой, тухлой, отвратительно воняющей болотной жиже, рассекли кожу на руках друг у друга и смешали кровь. Мог бы вспомнить тот отчаянный прорыв, когда он погиб. Я мог бы вспомнить многое, очень многое…
- Клянусь, - сказал я, склонив голову. И, не удержавшись, добавил, - я не подведу тебя, брат.
- Да пребудет с тобою благословение Госпожи, - сказал он, дотрагиваясь до руны на шее. Я поступил также, и уже через мгновение стоял в таверне в Брилле. Выйдя на крыльцо, я сказал подбежавшим и обступившим меня соратникам:
- Завтра в бой, вы знаете. А пока что – отдыхайте. Силы нам всем понадобятся.
- Ты с нами не пойдешь? Мы же хотели прогуляться в Огримар и пропустить по кружечке консервированной эльфийской! – похоже, Венг всерьез обиделся.
- Да ну вас, я консервированную не пью, - попробовал отшутиться я.
- Нас вызывает к себе Миледи Сильвана, - ответил Ворон за меня.
Больше вопросов не возникло ни у кого, только Дарклов проводил нас с Вороном, медленно идущих в сторону Андерсити, долгим, пронзительным, оценивающим взглядом.
Но я этого уже не видел.

Добавлено (08.10.2009, 08:15)
---------------------------------------------
- Вы оба будете наблюдать за сражением с одной из возвышенностей, которых там в избытке. Ваша задача – прикрыть наши войска с фланга, в случае чего – прикрыть отступление. Крылатый, твоей боевой партией будет руководить Дарклов.
Я хотел было возразить, но глаза Сильваны внезапно полыхнули темным огнем, и протест застыл у меня в гортани.
- Все, ты свободен, Крылатый. Ворон, останься.
Выйдя, я пожал плечами и пошел смотреть на тренировку молодежи. Я любил смотреть, как тренируются рожденные мертвыми, любил смотреть, как заново, с чистого листа, пишется их жизнь. Чем они отличаются от других? Тем, что рождены от однажды умерших? Вздор…
Демракх встретил меня почтительно, как и всегда. Под его началом азы искусства войны изучали десятка полтора тех, кому впоследствии предстояло стать настоящими бойцами. Мечи, сабли, копья, топоры, парное оружие, оружие и щит, без доспехов и в тяжелых пластинчатых латах, стрельба из лука, ружья и арбалета, умение метать огненные шары и молнии, ставить элементарный Щит – всему этому их пытался научить Демракх. Именно здесь определялось, кем будет тот или иной неупокоенный – воином, магом, стрелком или кем-то другим.
- Вы хотели взять к себе на стажировку кого-нибудь из молодых, помните? К вам на стажировку хотят попасть многие, очень многие, - он восхищенно покачал головой на тонкой, иссохшей шее, - три некроманта, один маг, и еще один воин, специализирующийся на легком вооружении. Впрочем, ему я тотчас же отказал, - фыркнул Демракх, - вы ведь навряд ли хорошо фехтуете.
- Ну, насчет фехтования ты ошибаешься, - улыбнулся я, - где этот брегант?
- Люцис!
Неупокоенный, лихо размахивающий двумя легкими саблями, подбежал к нам, поклонился, скрестив клинки перед грудью, и выпрямился, замерев в ожидании своей судьбы.
- Ты хотел пройти стажировку под моим патронажем? – спросил я напрямую.
- Да, - ответил он слегка скованно, но твердо.
- Как хорошо фехтуешь?
- Для полугода обучения – неплохо, - в глазах его зажглись озорные огоньки.
- Не дерзи Крылатому, Люцис! – прикрикнул Демракх, но я остановил его:
- Спокойно, приятель. А ты, - это уже в Люцису, - докажи!
И, выхватив залежавшийся в ножнах скимитар, нанес моментальный удар наотмашь. Сабли Люциса подхватили мой клинок, закружили его, намереваясь вывернуть из кисти, но лезвие уже ушло вправо и вниз – и бреганту пришлось отпрыгнуть, спасаясь от опасного выпада. В течение пяти минут мы кружились, обмениваясь осторожными выпадами, потом Люцис не выдержал и атаковал всерьез. Я отступил на шаг назад и, подгадав момент, попросту подсек его ногу и с силой ударил по основанию клинков. Одна из сабель переломилась, вторая вылетела из его руки. Он застыл на каменном полу, обескуражено глядя на меня. Как он, воин, мог проиграть в ближнем бою колдуну?!
- Поднимайся, - протянул я ему руку, - и помни – терпение тоже многое значит. Тренируйся, а там посмотрим, что можно сделать с твоей стажировкой.
Я вышел, чувствуя спиной пятнадцать недоуменных взглядов. Демракх же довольно улыбнулся. Его подопечные долго будут помнить этот урок.
Выйдя, я решил навестить своих друзей из Брилла, но, не пройдя и половины расстояния, услышал за спиной отчаянный крик и резко обернулся. Ко мне со всех ног несся молодой орк, даже без оружия, а следом за ним скакал, нагоняя и уже опустив копье для удара, закованный в сталь человек-паладин на своем грозном боевом коне, отличавшемся от своего седока разве что массой и скоростью, но уж точно не интеллектом. Паладин яростно выкрикнул что-то неразборчивое, но явно не умнее их превыспренного «Во имя Света!».

Добавлено (08.10.2009, 08:15)
---------------------------------------------
«Придумали бы хоть что-нибудь поновее», - буркнул я про себя, выдергивая скимитары из ножен и бросаясь вперед, - «и сколько можно воевать ради этих Сил?!»
Вопросы мои так и остались без ответа… но я чувствовал, что не навсегда. Что когда-нибудь я пойму, для чего ведется эта нелепая, бессмысленная, жестокая война на истребление. Однако времени на размышления уже не оставалось. Я произнес одно за другим два заклинания и прыгнул вперед и вправо, уворачиваясь от копыт лошади и копья всадника. Лезвия клинков скользнули по передней левой бабке лошади, и та с истошным ржаньем покатилась по земле, подминая сухую, мертвую травку. Паладин, сыпля страшными проклятиями, вызывающими у меня лишь кривую усмешку, бросился на меня, подволакивая поврежденную при падении ногу. Ну, с этим мы справимся играючи…
Говорил же, говорил мне Наставник: «Не зарывайся в таком деле, как война! Ты думаешь, что ты хозяин положения, и посылаешь резервный отряд добивать врага, в то время как твои войска берут в кольцо и уничтожают! Не считай себя умнее или сильнее врага, иначе ты уже проиграл!» Видно, я оказался не очень хорошим учеником…
Я лежал, корчась от боли. Ее нельзя было превозмочь, ей нельзя было противостоять, она сразу сметала все блоки и заслоны в сознании, оставляя только обезумевшее тело. Отвлеченно, словно со стороны, я смотрел, как паладин, поигрывая секирой, приближается ко мне. Я не мог ему помешать. Внезапно он обернулся. Из-за дерева выглядывал и полными ужаса глазами смотрел на нас тот самый, молодой орк. Человек рванулся к словно приросшему к земле мальцу и, не раздумывая, махнул секирой. Голова, отлетев метров на пять, упала на землю и покатилась в небольшую ложбинку, а тело свалилось под ноги этому…этому… Отвлекшийся паладин на секунду ослабил действие заклятия, а ярость помогла довершить остальное.
Наверное, следовало поставить щит, отсечь боль, замедлить противника и сжечь его на расстоянии. Так же думал и он, ускоряясь до бега, чтобы быстрее настичь меня. Однако он просчитался. Это я настиг его. Сбитый моим броском, он упал, и мы покатились по земле, царапая, кусая и пиная друг друга. Мои когти здесь были весьма кстати, но, чтобы поразить ими врага, надо было сначала выковырять его из этих скорлупок, поэтому шансы были примерно равны.
Неизвестно, чем бы закончился этот бой, но подоспевшее подкрепление из Андерсити мигом уничтожило человека и помчалось дальше, к Бриллу. С трудом приподнявшись на одной руке, я спросил у оставшегося со мной рядового Ночной Конницы:
- Куда это они?
- Так на Брил ведь напали! – парень приплясывал от нетерпения, желая оказаться как можно ближе к месту предполагаемой схватки, однако приказ не позволял ему отходить от меня ни на шаг. Поднявшись, я застонал сквозь зубы и решил:
- А ну-ка пойдем посмотрим…
Зрелище меня не порадовало. А вас бы порадовала картина пепелища на месте таверны, где вы когда-то пили пиво и отпускали шутки по поводу смешного названия этого заведения, полуразрушенная кузница, разметанное по бревнышку здание магистрата и сладковатый запах сгоревших трупов. Помнится, когда-то я смотрел на вырезанные под корень поселения людей, эльфов, гномов, дварфов, и пальцы сами стискивались в кулаки. Я помнил, что я чувствовал – черную, душащую ненависть. Теперь же – ненависть осталась, но она стала какой-то глухой, и не то что бы бессильной – но словно бы говорящей: «Бесполезно… Все бесполезно…» Тряхнув головой, чтобы избавиться от не вовремя нахлынувших мыслей, я стиснул челюсти и опять, в который раз, поклялся отомстить. Похоже, теперь именно месть стала тем, что заставляло меня жить…

Добавлено (08.10.2009, 08:16)
---------------------------------------------
Ветер сдувал шапки с барханов, поднимал целые тучи песка и бросал его прямо нам в лица. Песчинки секли нашу кожу, оставляя на ней царапины. Это было неприятно, но терпимо. Мы с Вороном стояли на холме и наблюдали за строящимися для битвы войсками. Где-то там, в авангарде, практически невидимом за тучами песка и пыли, готовилась к бою и моя боевая группа. Моя – но под командованием Дарклова.
- Твое место здесь, а не с ними. Так повелела Темная Леди.
- Мысли читаешь?
- Пока не научишься контролировать мимику – в этом нет никакой необходимости.
Где-то там, вдалеке, закованные в пластинчатую броню кони медленной рысью двигались в нашу сторону, и всадники наклоняли копья параллельно земле, готовясь нанести сокрушительный таранный удар.
И вот – первая вспышка. За ней вторая, третья, десятая. Маги вступили в бой. Так почему же я здесь?
- Потому что таков приказ Темной Леди!
- Но ты сам говорил, что руководители могут ошибаться! Ты говорил, чтобы я слушал себя! А мой внутренний голос говорит мне, что я должен быть там!
- Я верю Сильване, Крылатый. Не мне осуждать ее приказы – и не тебе, - отрезал Ворон.
- Ты снял с меня клятву подчинения старшим по положению, почему же я должен прислушиваться к ее приказам? Похоже, что ты уже жалеешь о том что поступил так опрометчиво.
- Я жалею лишь о том, что заставил тебя усомниться в мудрости Леди. Мы с ней прошли слишком многое, чтобы я мог сомневаться в ней. И мы прошли слишком многое с тобой, чтобы ты мог сомневаться во мне. Если она считает, что наше место здесь – то так оно и есть.
Я отвернулся и вновь взглянул на поле боя. Что-то там было неладно, на левом фланге ничего нельзя было разобрать – все закрыло пылевое облако. Оно постепенно приближалось… и вот у самого подножья холма из него вынырнуло десятка полтора всадников – люди и эльфы, на конях и тиграх неслись прямо на нас. Им оставалось метров сто.
Полный ярости и отчаяния вопль Ворона способен был, казалось, повернуть вспять реки и заставить ветер дуть в обратном направлении. Но эти не остановились. Мы выхватили оружие и приготовились встретить свою судьбу. Я успел кинуть в ближайшего ко мне всадника Стрелу Тени… которая безобидно погасла на его доспехе, всего лишь заставив человека пошатнуться в седле. Они налетели, и я подрубил ноги коню передового, обрушив того на землю. Началась сеча.
Спешившие нам на помощь утверждали, что прошло лишь пятнадцать секунд до того, как это случилось. Для меня это были пятнадцать часов бешеной рубки. Помощь была близко – но недостаточно близко для того, чтобы мы могли выйти живыми из этого переплета. Это понял и я, а Ворон, похоже, знал изначально. Знал – и сделал свой выбор.
Я рухнул на землю, оглушенный ударом посоха, и пульсирующая зеленая сфера надежно укрыла меня от внешнего мира. А еще через мгновение тот мир взорвался. Огонь бушевал, заставляя защитную сферу угрожающе прогибаться под его давлением. Пламя накатывало волнами, исходя от раскаленной ярко-оранжевой фигуры неупокоенного. Противники метались, пытаясь выйти из зоны поражения этого заклятия, но бесполезно – даже их зачарованные против магии доспехи оказались бессильны против такого колдовства. Тем временем по оставшимся у подножья холма жрецам ударила подоспевшая подмога, и их тотчас же смело. Уйти, как оказалось впоследствии, смог лишь один человек-воин, и еще одна эльфийка-жрица была захвачена в плен. Но все это я узнал потом – а сейчас я, полностью обессилевший и израненный, пытался и не мог встать. В конце концов меня подхватили и понесли прочь. Мне сейчас требовалась хотя бы неделя полнейшего бездействия, для того, чтобы регенерация шла в ускоренном темпе, и еще – время осмыслить то, что произошло. Неужели Ворон погиб? Нет, этого не может быть! Невозможно! НЕЕЕЕТ!!!
Беспамятство накрыло меня своим милосердным покровом…

***

Добавлено (08.10.2009, 08:18)
---------------------------------------------
***

Четверо неупокоенных подошли к лежащему на носилках телу некроманта, неизвестно каким образом выжившего на холме, где сам песок сплавился под воздействием чудовищных температур. Ниов, Венг и Рекул хотели помочь погрузить тело в повозку. Запряженную Кодо, но их окликнул четвертый, жрец.
- У нас еще много дел! Идем!
- Но… - начал было Рекул, однако Дарклов немедленно прервал его:
- Без всяких «но»! Пошли! Это приказ! – и он зашагал по направлению к сложенным в кучу трупам убитых противников.
Ниов нехорошо прищурился, Рекул хмыкнул, Венг скрипнул зубами в бессильном гневе, но им пришлось подчиниться. Портить отношения со своим новым командиром не входило в их планы.

***

Через неделю после этих событий я пришел в себя. Мне рассказали многое, чего я предпочел бы не знать. Мне рассказали, как я в приступе бешенства принялся крушить все вокруг себя, как сжег кинувшихся утихомиривать меня ассистентов, как срочно вызванному Дарклову пришлось ломать мои внутренние барьеры, подчиняя мое тело своей воле. К счастью, до конца ему этого так и не удалось, но результат был налицо – я все-таки вернулся в свое тело. Вернулся, и, лежа на кровати со скрещенными на груди руками, понял – Его нет.

…Только даром судьба ничего не дает...
Не проси - не допросишься вечных наград.
Я не знаю когда, но однажды уйдет
И оставит меня мой защитник, мой брат...

Добавлено (08.10.2009, 08:18)
---------------------------------------------
Глава III. Мой выбор.

…Кто тогда поспешит на отчаянный зов?
Но у края, в кольце занесенных мечей,
Если дрогнет душа, я почувствую вновь
Побратима ладонь у себя на плече.

И такой же мальчонка прижмется к ногам,
Как теперешний я, слабосилен и мал,
И впервые не станет бояться врага,
Потому что героя малец повстречал.

Если выйти из под высоких сводов Айронфорджа, пройти заснеженные пики Дан Морога, не заплутать среди вековых сосен Лач Модана, выбраться из топких болот Ветланда, миновать мост, охраняемый вечно бдящей стражей из народа Черных Гномов, если пройти насквозь бескрайние степи Аррати и сплошь покрытые густой растительностью холмы Хилсбрада, одолеть горы Альтерак, миновать город магов Даларан, выжить в лесу Серебряной Боли и пройти чуть-чуть на север, то можно увидеть на востоке мрачный полуразрушенный город. Лордерон. Тот самый, под которым, по преданию, неупокоенные основали свою столицу – Андерсити. Немногие из живых решились бы спуститься вниз, окажись они неподалеку. Для этого нужно пройти насквозь внутренний двор, по которому летают еле заметные тени погибших от чумы и когтей нежити, спуститься вниз по шахте и преодолеть несколько поворотов – и вот оно, сердце Андерсити – Торговый квартал. Еще несколько лестничных пролетов вниз – и уже можно увидеть несколько широких проходов под массивными арками. Один из них ведет в Квартал магов. Перейдя по мостику ров с кислотой и подойдя к главному зданию, нужно обратить внимание на выемки в колоннах слева и справа от портала. Там стоят урны с прахом. На каждой из них выгравировано имя. В левой колонне три урны, а в правой – две. Все пятеро были, несомненно, выдающимися магами и некромантами. Раз уж им была оказана столь высокая честь – покоиться в самом Андерсити. Архимаг, Аслан Гневный, Шораг Яростный, Фалдар Ночная Смерть и Ворон Непобедимый. И часто, очень часто подле последней урны можно было увидеть коленопреклоненного мертвеца, приходившего спросить совета у своего погибшего Наставника.
Я поднялся и жестом подозвал стоявшего в отдалении Люциса.
- Идем. У нас есть новое задание.
- Почему вы перед каждым заданием приходите сюда, учитель? Ведь прах не умеет говорить. Ваш былой Наставник ушел, и его уже не вернуть.
- Зря ты так считаешь. Я хожу сюда, чтобы вспомнить его наставления. Можно сказать, что я говорю с ним – и он отвечает мне из моей памяти.
- Простите, если я слишком назойлив, но о чем же вы постоянно спрашиваете его?
- О том, правильно ли я поступаю на данный момент, и о том, кому я служу, исполняя данное мне поручение.
- Но ведь это и так понятно. Темной Леди, кому же еще? – он недоуменно посмотрел на меня.
- Когда-то я тоже так думал, - протяжный вздох. – Но, увы, ничто не вечно, и убеждения – в том числе. Но на сегодня поучений хватит. Оружие в порядке?
- Так точно!
- Мы отправляемся в Бухту Сапога, это нейтральное как к нам, так и к альянсу поселение гоблинов, кажется, там намечается заварушка. И еще Темная Леди хочет, чтобы ей доставили пленную эльфийку, которая содержится там под охраной Дарклова.
- Только и всего?
- Не думаю, что это будет так легко.
- Учитель, там же находится и ваша группа?
- Бывшая моя группа, - я горестно усмехнулся, - теперь – группа Дарклова.
- Расскажите, как получилось так?
- Потом, парень, все потом.
Однако нам все же пришлось задержаться. Как назло, свободных летучих мышей не оказалось, и Люцис снова пристал ко мне с просьбами рассказать ему о битвах, в которых я участвовал. Молодой неупокоенный, рожденный мертвым, казался восемнадцатилетним бойцом, стремящимся выспросить у седовласого ветерана как можно больше, и считающим сражения, о которых он знал лишь понаслышке, местом, где очень легко стать героем и прославиться. Я говорил ему, что куда проще погибнуть в бою, чем дождаться от него чего-то хорошего для себя, но он неизменно отвечал: «Но вы же уцелели, учитель!» Меня он боготворил, что являлось еще одной необъяснимой загадкой. В основном его интересовала моя эльфийская жизнь, однако на этот раз он все же захотел о сражениях, которые я прошел в качестве командира группы уже здесь, воюя на стороне Отверженных. Как я мог ему отказать? Он был мне как сын, я привязался к нему. Я поэтому я начал свой рассказ, вспоминая то, что временами хотел бы забыть навсегда.

Мой рогатый огненный конь, под которым чернела и трескалась сама земля и даже на камнях оставались выплавленные отпечатки копыт, беспокойно дернул головой. Он чувствовал поблизости врага. Он хотел ринуться в бой, стоптать, сжечь и разорвать на клочки ненавистных ему существ. За мной на конях-скелетах, ездовых динозаврах и зверях-кодо возмущались еще пять десятков лучших бойцов – Ночная Конница. Они хотели боя, и потому роптали, сидя здесь в засаде. Но приказ был однозначен: «До сигнала – ни движения!»

Добавлено (08.10.2009, 08:20)
---------------------------------------------
Тем временем, я видел глазами моего верного Антиэльфа, сидящего на опушке чащи, в которой скрылись мы сами, враги приближались. Их было куда больше. И главное – это не входило в план. По идее, мы должны были ударить во фланг основным силам врага, когда те сцепятся с нашей пехотой, но, во-первых, врагов было раза так в три больше, чем планировалось, а во-вторых, пехота беспорядочно отступала, в то время как крылья вражеской конницы уже смыкались над ней, грозя полным уничтожением. А сигнала все не было… Да и не собирался главнокомандующий давать сигнал и бросать на верную гибель свой лучший отряд ради того, чтобы прикрыть отступления обычных пехотинцев.
«Даже сильнейшие и умнейшие из нас могут ошибаться. Ты помнишь его слова, Крылатый. Так поступай же, как велит тебе сердце, а я помогу. Главное – не ошибись в выборе».
Я уже слышал однажды этот голос, но лишь теперь понял, кому он принадлежит на самом деле.
«Да, Госпожа».
- С нами Тьма!!!
Земля грохотала под нами, грозя расколоться, пехота противника разбегалась в стороны, чтобы не быть стоптанной, а вражеская кавалерия наконец-то отвлеклась от преследования и повернула к нам.
Охотники стреляли через головы передовых, вышибая врагов из седел, шаманы метали ветвящиеся молнии, остальные тоже старались как могли – и вражеская конница смешалась. Мы врезались в нее на полном скаку, кололи, рубили, уничтожали магией – и через минуту вырезали их всех. Но на нас со всех сторон надвигалась подоспевшая пехота, наставившая длинные пики. Нужно было прорываться, но мы оказались слов

Добавлено (08.10.2009, 15:18)
---------------------------------------------
Я присел на скамью подле насеста летучей мыши, сейчас пустующего, и приготовился ждать.
Однако уже через пять минут наши летучие мыши сделали круг над развалинами Лордерона и понесли нас на юг. Затем мы сделали пересадку и оседлали каких-то крылатых львов – Ворон рассказывал о подобных летучих животных, приспособленных под перевозки, но их название все вылетало у меня из головы – и наконец, после изнуряющего по своей длительности полета, мы совершили посадку в Бухте Сапога. Такое смешное название она получила вовсе не из-за своей формы, как считают некоторые, но по другой, куда более существенной причине – здесь когда-то жил знаменитый изобретатель «гоблинского сапога», некто Зыгмур, большой специалист по части пыток и казней.
- Если хочешь, здесь есть отличные эксклюзивные товары, можешь походить, присмотреться.
- Нет, у нас ведь важное поручение.
- Поручение у меня, а ты пока что свободен.
- Все равно, - упрямо возразил он.
Я пожал плечами. Ну не понимает парень, как нужно ценить такие минуты, когда тебя отпускают на отдых. Ну да ладно. Пусть идет, не жалко.
Наш путь лежал на север от бухты, по дороге между раскидистыми папоротниками и пальмами. Разноцветные попугаи носились вдалеке, избегая, правда, подлетать к нам ближе. Пантеры скалились на нас из-за стволов деревьев, но стоило Люцису метнуть в одну из них кинжал – и остальные сразу же отстали.
Мы подошли к форту. Часовые заметили нас издалека, и ворота уже были открыты. Войдя, я надменно кивнул начальнику караула и спросил, где содержат пленницу.
- По приказу Высшего Жреца Дарклова она теперь содержится в его личных апартаментах под присмотром одного стража.
Моя отвисшая челюсть красноречиво показала стражнику, что я об этом думаю.
- Но, ваше сиятельство…
- Я тебе не сиятельство, - мой шипящий, с присвистом голос, каким он становился только во времена крайнего раздражения, наводил дрожь на всех вокруг, - я Крылатый Сумрак, командир отряда Ночной Конницы, кавалер ордена Кровавого Пламени. Ко мне обращаться – Гроссмейстер. Повтори!
- Гроссмейстер, прошу меня простить, это был приказ самого лорда Дарклова, и мы не могли ослушаться.
- Проведите меня к нему, - скомандовал я, но тут же передумал:
- Впрочем, не нужно. Оставайтесь на своем посту.
Отойдя за угол, я шепотом объяснил Люцису свой план. Сперва он лишь изумленно молчал, потом пытался протестовать, но в конце концов кивнул и вслед за мной накинул на голову капюшон, и мы растворились в вечерних сумерках.

***

Добавлено (08.10.2009, 15:18)
---------------------------------------------
- Что тебе от меня нужно?
Она задавала этот вопрос раз за разом, с того момента, как очнулась в этом доме и поняла, что в плену. Впрочем, пленом это можно было назвать весьма условно. Ей запрещалось выходить за территорию сада, огороженного стеной, и в доме постоянно находился один часовой, прикрепленный к ней скорее для проформы, нежели для контроля.
- Почему я сижу здесь, ничего не делая? Если вы хотите что-то знать от меня, то я должна находиться в пыточной, если же вам ничего от меня не нужно – отпустите!
Глупая, глупая и наивная эльфийка. Не понимает она, что я нарушаю все правила, содержа ее здесь, не понимает, что если бы не я, то она давно уже рассказала бы все и сейчас была уже мертва.
- Положим, я хотел бы узнать от тебя некоторые нужные мне сведения без пыток, - ах, мой чертов акцент, никак не получается разговаривать на всеобщем чисто! – Ты мне расскажешь что-нибудь просто так?
- Если это не повредит никому из моих друзей, - ее задумчивый взгляд сводит меня с ума!
- Хорошо. Расскажи мне о жизни эльфов.
- Что именно?
- Все, - пытаюсь улыбнуться, - быт, обычаи и традиции… И еще, подумай, каково было бы эльфу, если бы внезапно стал подобным мне.
Она взглянула на меня с ужасом и задрожала:
- Нет, пожалуйста, не надо!
- Успокойся, никто не собирается делать этого с тобой, - пытаюсь улыбнуться, однако выходит какой-то оскал, пугающий ее еще больше, - не беспокойся, все будет хорошо.
Удивительно, но эти слова ее успокаивают. Чистый ребенок. Она делает глубокий вдох и начинает рассказывать…

***

Добавлено (08.10.2009, 15:19)
---------------------------------------------
Мы с Люцисом наблюдали эту сцену, стоя в коридоре. Эти двое были слишком увлечены, чтобы почувствовать наше присутствие, а заметить нас было невозможно – тень, одежда и умение скрытности не позволили бы заметить нас никому. С другой стороны комнаты, в похожем коридорчике, застыл как изваяние комендант форта Гром Гол, Верховный Друид Хагак. Он был знаменит тем, что первым сумел переманить на свою сторону эльфа, входящего в Верховный Совет, или, как его еще называли, Круг Правителей. Его личность держалось под строжайшим запретом, и даже я не знал, кто же это мог быть. А ведь, возможно, это был кто-то из моих боевых товарищей. Неизвестны были также и события, при который подобный немыслимый переход стал возможен. Казалось, что здесь крылась какая-то старая тайна. Однако пора было действовать.
- Оставайтесь на своих местах, - мой голос, вероятно, показался для них громом. Эльфийка испуганно встрепенулась, а Дарклов схватился за стоящий у изголовья кровати жезл.
- Какого… - начал было свою возмущенную речь он, но я с удовольствием прервал его:
- Помолчи. Здесь говорю я.
- Ты с кем разговариваешь?!
- С Верховным Жрецом Даркловом, точнее, с тем, кто недавно им был. С этого момента ты под следствием.
- Да? – он разразился нервным смехом, - и кто будет его вести? Уж не ты ли?
- Я, - Хагак вышел из тени и шагнул к резко повернувшему голову Дарклову, - для тебя, я гляжу, правила обращения с пленными неписаны. Крылатому поручено забрать эльфийку и доставить в Андерсити. Приказ подписан Темной Леди, - в его руке развернулся свиток, отмеченный одной только печатью, которая, впрочем, стоила всех остальных, вместе взятых. Эльфийка испуганно вздрогнула, и только тут я наконец понял, кого она мне напоминала все это время. Да, все-таки плен не прошел для нее даром – волосы были грязные, в глазах застыл испуг, обычно прятавшийся, но иногда прорывавшийся наружу. Видно было, что нервы ее расшатаны, и вообще – она была не похожа на ту жрицу Элуны, которыю я любил в свою бытность эльфом. Но это, несомненно, была она. Я стоял, как громом пораженный, а тем временем события начали развиваться куда как стремительно. Внезапно внизу, на первом этаже, возле парадного хода послышался топот. Дарклов начал вставать, подхватывая жезл, а эльфийка метнулась в сторону окна. Мне понадобилось мгновение, чтобы сориентироваться в обстановке, и понять, откуда нам грозит главная опасность. Я выхватил скимитары и повернулся в сторону приближающегося топота. Еще мгновение – и Дарклов вновь сидит на кровати, на его плече лежит лапища Верховного Друида, эльфийка испуганно отпрянула от окна, перед которым стоял Люцис с обнаженными клинками, а передо мной застыли три фигуры. Два неупокоенных и один тролль, причем один из нежитей был реинкарнированным дварфом, а другой – эльфом. Воин, охотник и маг, все в полном боевом облачении, с оружием наголо. Моя группа. Бывшая моя группа. Мы в нерешительности застыли друг напротив друга. Очевидно, Дарклов сумел подать им какой-то сигнал, и они примчались по его зову, но встреча со мной явно стала для них неожиданностью. Для меня, впрочем, тоже.
- Вольно, бойцы, - скомандовал мигом разобравшийся во всем Хагак, - На время Верховный Жрец Дарклов отстраняется от командования, в том числе и вашим отрядом. Руководство беру на себя я. И первый приказ – препроводите заключенную, - кивок в сторону сжавшейся эльфийки, - в ее камеру. И встаньте на страже перед входом в каземат. Все идите.

Добавлено (08.10.2009, 15:20)
---------------------------------------------
Они стояли в замешательстве, поглядывая на Дарклова, однако тот лишь пождал тонкие губы и слегка кивнул головой. Лишь после этого они удалились, уведя с собой эльфийку.
- Ну а теперь мы поговорим с тобой… - начал было Верховный Друид, как вдруг снаружи раздались крики, послышалось ржание коней, звонко зазвучал гонг.
- Проклятие, - зарычал Хагак, - ну почему же все сразу… Крылатый! Бери своего бойца и бегом туда, прими командование, скорее всего это обычный налет…
- Последние его слова еще звучали, а мы с Люцисом уже скатились по лестнице и выбежали во двор. Нет, это не было обычным налетом. Перед воротами была спешно сооружена баррикада, однако и она не выдерживала того бешеного натиска, который шел снаружи. Подбежав, я мимоходом сжег какого-то гнома, перебравшегося через забор и пытавшегося не подпустить к рассыпающейся баррикаде защитников.
- Кто у вас главный?! – заорал я, надсаживая голос.
- Укрепить баррикаду! - заорали с другой стороны. Обернувшись, я увидел одного из стражников, стоявших на посту в то время, когда я въезжал в форт. Суд по всему, он был заместителем начальника караула.
- Капитан где?
- Там он, - вздохнул орк, со вздохом кивая мне на груду тел, наполовину погребенных под баррикадой.
- Держаться здесь, врага дальше стен не пускать, иначе крышка! – и зачем я это кричу, они ведь и сами все понимают! Впрочем, нет, все-таки теперь они знают, что командный состав еще жив, пусть им хоть чуть-чуть надежды это добавит. И тут баррикада рухнула, пропуская толпу закованных в сталь воинов, за которыми шли маги, бежали легковооруженные, а за их спинами рвали тетивы лучники.
- К ОРУЖИЮ!!!
Первый приступ вряд ли продолжался больше трех минут, но мне казалось, что мы сражаемся здесь уже целую вечность. Однако когда Альянс, умывшись кровью, откатился, я обернулся и взглянул на дом Дарклова, где оставались он и Хагак. Взглянул и обомлел. Дом полыхал, и к нему нельзя было подойти ближе чем на десять шагов – это было видно по ярко-оранжевому цвету пламени. Следующее, что, а вернее, кого я увидел, был Дарклов, бегущий в сторону казематов. Вот он останавливается перед Ниовом, Рекулом и Венгом, секунду говорит с ними, затем вбегает вовнутрь.
- Прими командование, Люцис, я сейчас, - кричу я на бегу. Защитники отозвались недоуменным ропотом, но их перекрыл взволнованный, почти мальчишеский крик:
- К оружию! Они наступают!
«Мальчишка справится, - думал я на бегу, - «Но что же все-таки произошло в доме? Неужели Дарклов убил Хагака? Нет, быть того не может, Верховный Друид бы совладал с ним. Что же тогда? Наверное, этого я никогда не узнаю…»
Рекул преградил мне путь, заслонив собой вход в темницу.
- Именем Высшего Жреца Дарклова, проход закрыт для всех.
- Рекул, не глупи, это ведь я!
Однако мой отчаянный крик его ничуть не поколебал.

Добавлено (08.10.2009, 15:21)
---------------------------------------------
- Проход закрыт.
Что мне было делать? Убивать их? Быть может, я так и попытался бы сделать, однако положение спас Венг, дернувший охотника за руку и заставивший его уйти с моей дороги.
- Ты что творишь, Рекул?! – заорал он на своего соратника, - Верховный Друид сказал нам, что Дарклов отстранен!
- Похоже, что Хагак погиб, - прервал я словесные излияния, - поэтому слушайте мою команду! Сейчас – к воротам, помогите отбиться, потом отходите и защищайте каземат сколько сможете, но не давайте себя прижать, как только возникнет такая угроза – отступайте! Все, Венг, прими командование!
И я бросился вниз, в подземелье. У меня оставалось очень мало времени.

Дарклов, чертыхаясь, пытался подобрать ключ к замку камеры. На прутьях я заметил следы бесполезных попыток сжечь дверь. Что ж, сталь была хорошо защищена от чародейства.
- Что ты делаешь?
Он, не прекращая своего дела, ответил сквозь зубы:
- Как, ты уже здесь? Впрочем, неважно. Я, как видишь, пытаюсь выпустить это милое создание, судьба которого небезразлична для нас обоих.
- Для нас?
- Ты узнал ее, я же видел. И она мне рассказывала о тебе. Причем достаточно восторженно, - он усмехнулся. Эльфийка вцепилась взглядом в мое лицо, пытаясь понять, кто же я такой, кем был раньше. Однако, судя по не сходившему с ее лица выражения непонимания, меня она не узнала. Не знаю, хорошо это было или плохо.
«…пожалуйста, поклянись, что никогда не отступишься от Пути. Поклянись…»
- Почему ты считаешь, что ее судьба для меня важна?
- А что, разве нет?
- Важна, - признал я. - Однако я не позволю тебе освободить ее. Мы служим не своим инстинктам или побуждениям. Мы служим Госпоже.
- Пошла твоя Госпожа знаешь куда? – выругался Дарклов, заставив меня дернуться от негодования. – А помешать мне ты не сможешь, я сильнее!
«Так поступай же, как велит тебе сердце, а я помогу. Главное – не ошибись в выборе».
Я сделал выбор.
Дарклов наконец-то отпер дверь и выпустил эльфийку, немедленно кинувшуюся к выходу, и лишь затем взглянул в мою сторону. Это было его ошибкой. Впрочем, следует отдать должное его отменной реакции – щит, который не сумел бы пробить ни молот паладина, ни огненный шар мага. Однако от этого заклятия щитов не существовало.
Почему говорят, что у нежити нет души? Они мыслят, чувствуют, они живут. Все это – свойство существа с душой. И еще их души горят. В моем заплечном мешке, который, казалось, прирос к телу – так часто я с ним ходил, лопнули все до одного Камни Душ, силясь напитать мое заклинание энергией, а самого меня согнуло в жестокой судороге. Однако результат того стоил. Фигура жреца, окруженная Щитом, вспыхнула и мгновенно обратилась в пепел, затем этот пепел вспыхнул еще раз и распался на такие мелкие частички, что увидеть их я уже не мог. И с тихим звоном пропал так и не спасший своего хозяина Щит.
Я с трудом повернул голову. Эльфийка почти добежала до выхода, а у меня не оставалось сил ни на одно серьезное заклятие. Впрочем, к чему обязательно серьезное? Я кое-как приподнялся и метнул вслед убегавшей Стрелу Тени, первое боевое заклятие, изучающееся всеми без исключения колдунами на первом же занятии по боевой магии. Четырехгранная пирамидка, сгусток энергии, вошла в затылок бегущей эльфики, и та споткнулась и упала навзничь, нелепо раскинув руки. Я подошел к ней, вгляделся в дорогие мне черты лица, которое уже никогда не осветится улыбкой. Зачем я это сделал? Зачем?! Нет, я сделал все так, как должен был. Это был мой выбор.

Добавлено (08.10.2009, 15:21)
---------------------------------------------
Я оттащил ее тело в самый дальний угол, надеясь еще вернуться сюда, и направился к выходу наверх, где сражались мои соратники, друзья и побратимы. Сражались – и умирали.
Однако стоило мне подойти к выходу, как дверь сверху открылась и вниз по лестнице скатился могучий воин в пластинчатых латах. В руке он держал огромный, внушающий определенное уважение к его обладателю двуручный меч – клеймору. Взгляд его остановился на валяющемся в неестественной позе теле эльфийки, и он закричал от ярости и отчаяния. Затем он взглянул на меня, и в этом взгляде не было уже ничего человеческого, только жажда убийства. Он двинулся на меня. Я, не говоря ни слова и не отступая ни на шаг, вогнал один из своих скимитаров в щель между камнями в полу и резко ударил по торчавшей рукояти ногой. Лезвие переломилось, и рукоять отлетела идущему воину под ноги. Затем я вогнал другой скимитар в стену и ударил по мену кулаком – с тем же результатом. Эх, предлагали же мне научиться расчаровывать вещи, сейчас бы столько энергии от своего оружия получил, что все здесь выжег… но, видно, не судьба. Ну, хоть к врагу не попадет.
И я вскинул руки вверх, призывая на себя одно из самых убийственнейших заклятий, а затем, почувствовав сжигающий меня огонь, ринулся на того воина. Последнее, что я видел перед тем, как мои глаза лопнули и вытекли, были расширенные на всю радужку зрачки моего противника…

***

И не было свидетелей этой схватки, когда две охваченных пламенем фигуры катались по полу и рвали друг друга на части, и никто не видел, как плавился металл от страшного жара. Однако потом, когда огонь, вырывавшийся из-под земли, погасло, самые смелые решились спуститься вниз и вскоре вынесли два тела, намертво вплавленных в металл доспехов – одно изнутри, другое снаружи. С немалым трудом разделив эти тела, они похоронили своего предводителя, а над мерзкой нежитью решили позабавиться – соорудили из его останков, высушенных, грозящих рассыпаться при малейшем прикосновении, мишень для лучников. Однако не успели усмехающиеся охотники сделать и одного залпа, как вдруг все примолкли и повернулись в сторону джунглей, откуда им навстречу шли четверо ордынца. Часовой на вышке прицелился и метнул в них стрелу, которая была сожжена одним взмахом руки бывшего среди этих четверых тролля-мага.
Остальные попятились перед этой четверкой. Среди них не было настоящих командиров, все они шли в первом ряду во время штурма и были убиты, а тем, кто принял на себя командование, хватило одного лишь бешеного взгляда Венга, которого, как говорили, побаивались даже в штабе. Тем более что они, похоже, не собирались нападать. Подойдя к мишени, они осторожно сняли с нее тело неупокоенного,, уложили его на носилки, сделанные из двух палок и плаща, и так же молча удалились, и ни одна стрела не была пущена им вслед.
Потом, отчитываясь перед своим непосредственным начальством, новый командир отряда на вопрос, почему же не были уничтожены или взяты в плен оставшиеся в живых противники, раз уж они сами пришли в лагерь, честно ответил:
- Да, нас было больше, да, у нас была выгодная позиция. И тем не менее, если бы мы напали, то погибли бы все до единого.
Впоследствии этот человек стал Маршалом Альянса, снискав себе огромную славу на полях сражений, и многие говорили о его доблести и прозорливости. И когда его спрашивали, почему ему удается выигрывать бой за боем, кампанию за кампанией, он всегда отвечал:
- Потому, что я всегда знаю, с кем стоит сражаться, а с кем нет.
Один из гимназистов, раздумывая над этой фразе, порылся в архивах и обнаружил, что этот военачальник всегда уходил от сражения, если замечал, что противники его – смешанный, но сплоченный состав из всех четырех рас, составляющих собой Орду. Потом он подал в отставку и ушел в «свободный поиск» - проще говоря, отправился партизанить на нейтральных и на враждебных территориях. И опять же было подмечено, что его отряд состоял из разнопрофильных бойцов, принадлежавших, к тому же, к разным расам. После этого многие теоретики на примере этого маршала защитили кандидатские, а потом и докторские диссертации на темы «Наилучший состав группы свободного поиска», «Правильная организация командного боя» и некоторые другие. Защитили многие, но поняли ли они, что важна не только раса, не только специализация. Не только видимые факторы – важна сплоченность, сработанность группы, какого бы размера она ни была. Более того – важен боевой дух, с которым твои бойцы идут в атаку или обороняются. И он уже не поддается никаким измерениям. Точнее, есть только один критерий. Если любой готов отдать жизнь за всех и все готовы отдать жизнь за любого из них – значит, они готовы. Готовы побеждать.

Добавлено (08.10.2009, 15:22)
---------------------------------------------
Яростным воем всколыхну небеса,
И на листьях тотчас же исчезнет роса,
И все до единой пичуги умолкнут в лесу,
Все живое боится увидеть мою боевую косу!

Все бегут, заслышав мою тихую поступь
Все боятся взглянуть мне в глаза,
Которые вечно пребудут сухими.
Не упадет из которых до последнего часа слеза.

Эпилог.
Кольцо истории замкнулось,
И снова замка штурм идет,
И ярость вновь в груди проснулась,
И лишь с врагом она умрет.
Но есть ли смысл нам сражаться?
Ведь снова круг один пройдет
Одно и то же будет повторяться .
Зачем же этот бесконечный бой идет?

Если выйти из под высоких сводов Айронфорджа, пройти заснеженные пики Дан Морога, не заплутать среди вековых сосен Лач Модана, выбраться из топких болот Ветланда, миновать мост, охраняемый вечно бдящей стражей из народа Черных Гномов, если пройти насквозь бескрайние степи Аррати и сплошь покрытые густой растительностью холмы Хилсбрада, одолеть горы Альтерак, миновать город магов Даларан, выжить в лесу Серебряной Боли и пройти чуть-чуть на север, то можно увидеть на востоке мрачный полуразрушенный город. Лордерон. Тот самый, под которым, по преданию, неупокоенные основали свою столицу – Андерсити. Немногие из живых решились бы спуститься вниз, окажись они неподалеку. Для этого нужно пройти насквозь внутренний двор, по которому летают еле заметные тени погибших от чумы и когтей нежити, спуститься вниз по шахте и преодолеть несколько поворотов – и вот оно, сердце Андерсити – Торговый квартал. Еще несколько лестничных пролетов вниз – и уже можно увидеть несколько широких проходов под массивными арками. Один из них ведет в Квартал магов. Перейдя по мостику ров с кислотой и подойдя к главному зданию, нужно обратить внимание на выемки в колоннах слева и справа от портала. Там стоят урны с прахом. На каждой из них выгравировано имя. В левой колонне три урны, и в правой – тоже три. Все шестеро были, несомненно, выдающимися магами и некромантами. Раз уж им была оказана столь высокая честь – покоиться в самом Андерсити. Некоторые из них были известны, и молва о них облетела весь Азерот и Калимдор, некоторые не стремились к этому и просто сражались за свое дело. Но даже сейчас выпускники, обучающиеся здесь, наизусть зазубривают эти имена, втайне мечтая когда-нибудь сравниться с ними. И эти имена – навеки в их памяти. Архимаг, Аслан Гневный, Шораг Яростный, Фалдар Ночная Смерть, Ворон Непобедимый и Крылатый Сумрак…

- Идем, Люцис, - сказала молодая магичка, подходя к застывшему перед урнами бреганту, - идем, его уже не вернешь. Он ушел.
- Здесь мне легче думается, Аргелла.
- А мне здесь не нравится, - она обиженно поджала губы, - скоро меня будут посвящать, и ты должен готовить меня в ускоренном режиме, а не общаться с мертвыми останками, теперь уже никому не нужными!
Его яростный взгляд заставил ее отшатнуться.
- Помолчи, - прошипел Люцис, и неупокоенная послушно замолкла.
«Твой Наставник выбрал правильно, и ты тоже сделаешь правильный выбор».
Голос, шедший как бы отовсюду и одновременно ниоткуда, застал бреганта врасплох.
«Госпожа?»
«Так меня называют иногда. Так называл меня Крылатый, так называл меня Ворон, так называл меня Фалдар. Зови и ты».
«Позову. Но не сейчас. Я могу побеждать и без тебя» - Люцис встал и пошел к стоявшей поодаль молодой ученице, бывшей когда-то эльфийской жрицей, ради которой сражались и умирали люди, эльфы и неупокоенные. А в голове его звучал уже другой голос, который он мог бы вычленить из тысячи, из десяти, из ста тысяч голосов.
«Теперь ты занял мое место, ученик. Когда-нибудь то же самое, что произошло со мной, случится и с тобой. Когда-нибудь, но не сейчас».
- Не сейчас… - вслух повторил Люцис. Аргелла бросила на него изумленный взгляд. До этого ее учитель никогда не увлекался разговорами с самим собой.
- Идем, - вымученно улыбнулся он ей, - похоже, что тебе и впрямь нужна интенсивная программа обучения. Из магии я смогу тебе дать немного, но ты и сама наверняка многое знаешь. А вот научить азам фехтования смогу. Пошли, начнем сейчас же.
И они двинулись по мрачным туннелям наверх, в сады Тирисфала, начиная путь навстречу своей судьбе.

«Не будь войны – как было бы прекрасно!
Одни только убытки от нее.
И жизнью рисковать небезопасно,
Зачем тогда война? Да ну ее!»
Однако многие считают,
Что лучший метод победить –
Врага убить.
И до сих пор они не понимают,
Как тяжко будет им после убийства жить.

Конец

Добавлено (08.10.2009, 15:22)
---------------------------------------------
«Кровь всегда кипела в жилах воинов, всегда шла эта непрекращающаяся война, которую никому не под силу было остановить. Сражения за сражение, бой за боем, схватка за схваткой – силы противников истощались. И когда беда пришла прямо с чистого неба, мгновенно окрасив его в темно-красный с багровыми прожилками цвет – тогда всем стало ясно, как глупо они поступали, истребляя друг друга. Но для того, чтобы протянуть противнику руку и предложить мир и союз, нужно было нечто большее, нежели боязнь гибели. И вот, когда большинство поняло, что из-за гордости вождей перемирие невозможно и им остается только сражаться без надежды на победу и умирать, появились Они. Их было восемь, по числу Свободных Рас Мира, и их судьба решила судьбы всех остальных живущих…»
Летопись Великих Деяний, Вступление, стр.4
__________________
Now I can realize that I cannot die,
Cannot fly, cannot creep, cannot cry...